Сочинение для сцены Льва Додина
Премьера состоялась 15 февраля 2025 года
Продолжительность: 1 час 30 минут без антракта
Возрастное ограничение: 16+
Генеральный Партнер Молодой Студии и спектакля: ФОНД РАЗВИТИЯ И ПОДДЕРЖКИ СОЦИАЛЬНО-КУЛЬТУРНЫХ ПРОЕКТОВ "Р.А.ФОНД"
Кажется, только в таком возрасте можно так неистово сопротивляться любым границам, любым обстоятельствам, рваться друг к другу в каждом движении и греческого, и турецкого танца. Вот это перетекание слов в танец не по законам мюзикла, а по законам подростковой моторики, подогреваемой огнем желания, когда просто невозможно сидеть на месте (любой взрослый вспомнит эту особенность первой любви), – режиссерский ход, многое говорящий о свойствах страсти.
Жанна Зарецкая, Фонтанка
Действие будет происходить не только в городе легендарных любовников, но на всем земном шаре, потому что Ромео и Джульетта вечны во все времена и в любом месте планеты. Кульминационные точки их судеб совпадают с судьбами их родины, будь то Верона Шекспира, Соединенные Штаты Питера Абрахамса, Россия Виктора Астафьева и Александра Солженицына, Чехия Яна Отченашека или Турция Элиф Шафак. Там, где государство авторитарно, где идет война, требуются неимоверные духовные силы, чтобы люди выстояли в противоестественных условиях существования. Это лейтмотив спектакля о Ромео и Джульетте.
Галина Коваленко, Независимая газета
Сценографию для постановки создал художник Александр Боровский. Она проста, лаконична, функциональна и содержательна. Стена, расписанная граффити (Никита Касьяненко) создает ощущение, что ты стоишь на опустевшей железнодорожной станции в Италии, где праздно шатаются местные подростки. Но стоит открыть арки, как это уже зал дворца. Развернуть обратной стороной, и это балкон лагерной Джульетты. Сомкнуться вновь и подъехать почти к самому краю сцены, и перед зрителями глухая ко всем мольбам стена Лефортово в Москве.
Студентам в этом спектакле одновременно выпало и счастье, и испытание, так же, как и героям Шекспира. Им даны сильные и глубокие тексты, истории большие, чем просто любовь. Это позволяет показать не только молодой азарт, хореографическую и музыкальную подготовку, но и внутреннюю работу души, попробовать осмыслить свое место в историческом моменте и проверить поколение на прочность. В первую очередь трогает именно это искреннее стремление прожить. Начало положено сильное, остается только продолжать, набирая легкость и мастерство.
Наталья Яковлева, Арт-журнал Около
Объявлено, что выпускники 2025-го вольются в МДТ в виде «Молодой студии Льва Додина», и своим сочинением для сцены «Ромео и Джульетта во мгле» режиссер представляет публике актеров нового поколения и их актерские умения и делает своим выпускникам роскошный подарок – спектакль на большой сцене. При этом «Ромео и Джульетта во мгле» – подчеркнуто студенческий спектакль, где действие построено так, чтобы каждый из участников мог показать все свои возможности – в том числе умение танцевать, в диапазоне от акробатического рок-н-ролла до вальса; владение приемами сценической драки и духовыми инструментами; умение по-разному произнести один и тот же текст и переключаться из одного образа в другой. А все вместе – предстать как единый организм согласно тезису мастера о том, что «театр – коллективный художник, и ему нужна коллективная художественная душа».
Ромео и Джульетта внезапно превращаются в чеха и еврейку, встретившихся в оккупированной Праге. Их сменяют другие пары обреченных влюбленных: турок и гречанка, заключенные ГУЛАГа, герои Виктора Астафьева. Молодым актерам нужно сыграть и великое счастье, и великое отчаяние, обнажив и душу, и тело. то, что можно назвать «театром обостренных чувств».
Наталья Сиверина, «Форбс»
Художник Александр Боровский в этот раз превратил сценическое пространство в многофункциональный и вневременной портал, стена превращается и в вышку зоны, место для поцелуя Ромео и Джульетты во время карнавала, скамейки становятся пространством для битв, а пол, застеленный шинелью – кроватью. Условность продолжается и в костюмах каждого из участников спектакля. Боровский перенес на костюмы артистов граффити Никиты Косьяненко, тем самым и одежда становится только декорацией, а эстетика тела – голой правдой любви.
Спектакли Льва Додина обладают редким для современного театра свойством. Духовного ощущения – не навязывания прошлого того или иного режиссера, а вневременной композицией. В то же время появляется новое, молодое дыхание в театр, какими в 1985 году были «Братья и сестры», несмотря на несовместимость хронотопов, цельность и обрывочность двух произведений. Это преемственность и звоночек, что пора бы старым мастерам давать шанс новой «смене». «Ромео и Джульетта во мгле» вызывает чувство очищения, надежды, что завтра все кончится. Да даже если и продолжится, любить все равно продолжим, всегда и вопреки. Тянуться к искусству, театру, любимым людям, прорастая всей кровью сквозь мглу, всю зиму, заморозки и оттепели.
Илья Титаренко, «Субкультура»
На открытой игровой площадке, ограниченной справа и слева длинными лавками без спинок, на фоне белой стены, разрисованной граффити, молодые ребята и девушки лихо отплясывают рок-н-ролл, крутят колесо и делают сальто, красиво поют – зачеты по танцу, акробатике и ансамблевому пению сданы успешно. Дуэтные сцены перемежаются групповыми – пластическими и вокальными.
На одном полюсе в спектакле – красота, гармония, целесообразность, на другом – хаос, агрессия, тьма. Классическая, идеальная форма спектакля–экзамена проявляет с необычайной силой пульсирующую конфликтность содержания. Благодаря игре света (художник Дамир Исмагилов) пространство может напоминать бальную залу в палаццо Капулетти, или храм, где брат Лоренцо венчает влюбленных Ромео и Джульетту, или площадь, где сталкиваются враждующие кланы, или же просто учебную аудиторию, где студенты занимаются актерским мастерством.
Мы все знаем, про что «Ромео и Джульетта»: герои влюбились друг в друга, а враждебный этой любви мир их убил. Все. Остальные подробности – эпоха, страна, природа этой враждебности – в данном случае не столь важны, это лишь вариации. спектакль, который готовился долго и тщательно, довел в конце концов все эти вариации до умопомрачительной краткости, сконцентрировал до формулы. Додин добился от студентов насыщенной – и одновременно хрустальной, звенящей – игры.
Что еще здесь от Шекспира?.. Невероятный, головокружительный темп. В этом типе театра нет психологических мотивировок, долгого «собирания», накопления причин и следствий, только пульсирующее «квантами» действие.
Герои «падают в любовь», она их поражает внезапно и навсегда. Дети весело и бесповоротно соединяются в любви, которая есть жизнь. А противостоит им – смерть, окружающая их тьма. Тьму можно называть разными именами: войной, Холокостом, репрессиями, межрасовой ненавистью… Но тьма и есть тьма.
Высокий строй чувств – конечно, это тоже от Шекспира. Любовь объясняется поэтически, метафоры – ее язык, и переживание это космически громадно, всепоглощающе, не имеет отношения к обыденности. Космическую силу любви, ее ослепляющее излучение удалось каким-то образом пропустить сквозь все тексты спектакля, поэтому и не нужно здесь играть постепенное развитие, нюансы отношений. Про каждую пару мы точно знаем: они расстанутся, и смерть придет за ними (не имеет значения, так ли это в той или иной книге, взятой в работу). В спектакле нет места надежде, хотя герои отчаянно стремятся выжить, говорят о том, что смогут преодолеть вражду мира, вырваться из петли. В этом – живой драматизм, потому что прекрасная молодость не желает умирать, не покоряется тьме, борется с ней.
Война, репрессии, Холокост, концлагеря, массовые убийства… Каким же образом вписана в эти чудовищные страницы любовь Ромео и Джульетты? Наверное, можно спорить о том, насколько оправданно сближение сюжетов, но мне видится в этом, повторюсь, отчаянно смелом монтаже проявление свободы мышления режиссера. Художник способен связать далекое – географически, исторически – в своем сознании, соединить энергией яростного протеста против тьмы, захватившей и потопившей в крови саму человечность.
Евгения Тропп, «Петербургский театральный журнал»
В выпускном спектакле студентов четвертого курса Молодой студии Льва Додина шекспировская чувственная трагедия рассматривается под увеличительным стеклом – тема вражды между семьями Монтекки и Капулетти превратилась в глубокое исследование человеческой способности сохранить любовь вопреки мрачным, кровавым событиям на выжженной земле.
Герои становятся частью театральной мультивселенной, в которой текст Шекспира звучит вперемешку с фрагментами из произведений чешского писателя Яна Отченашека, Александра Солженицына, Питера Абрахамса, Виктора Астафьева, а композиции Ежи Петерсбургского гармонично сочетаются с отрывками из Вивальди, Брамса и Шнитке в единое музыкальное полотно. Шекспировская драма и современные тексты доказывают одно – несмотря на весь прогресс, причины человеческих страданий становятся все ужаснее, мир погружается в немоту, а любовь может быть объявлена преступлением.
Режиссер ведет зрителя по Вероне внегеографической – городу, который может стать и тюрьмой Лефортово, и лагерем заключенных, но в котором огонь любви разгорается так же сильно, как у Шекспира, и спасение видится только в ней. Любовь в спектакле Льва Додина становится всепобеждающей силой, единственной потребностью перед смертной тенью.
Дарья Медведева, «Театрон»
Премьера состоялась 15 февраля 2025 года
Продолжительность: 1 час 30 минут без антракта
Возрастное ограничение: 16+
Генеральный Партнер Молодой Студии и спектакля: ФОНД РАЗВИТИЯ И ПОДДЕРЖКИ СОЦИАЛЬНО-КУЛЬТУРНЫХ ПРОЕКТОВ "Р.А.ФОНД"
Кажется, только в таком возрасте можно так неистово сопротивляться любым границам, любым обстоятельствам, рваться друг к другу в каждом движении и греческого, и турецкого танца. Вот это перетекание слов в танец не по законам мюзикла, а по законам подростковой моторики, подогреваемой огнем желания, когда просто невозможно сидеть на месте (любой взрослый вспомнит эту особенность первой любви), – режиссерский ход, многое говорящий о свойствах страсти.
Жанна Зарецкая, Фонтанка
Действие будет происходить не только в городе легендарных любовников, но на всем земном шаре, потому что Ромео и Джульетта вечны во все времена и в любом месте планеты. Кульминационные точки их судеб совпадают с судьбами их родины, будь то Верона Шекспира, Соединенные Штаты Питера Абрахамса, Россия Виктора Астафьева и Александра Солженицына, Чехия Яна Отченашека или Турция Элиф Шафак. Там, где государство авторитарно, где идет война, требуются неимоверные духовные силы, чтобы люди выстояли в противоестественных условиях существования. Это лейтмотив спектакля о Ромео и Джульетте.
Галина Коваленко, Независимая газета
Сценографию для постановки создал художник Александр Боровский. Она проста, лаконична, функциональна и содержательна. Стена, расписанная граффити (Никита Касьяненко) создает ощущение, что ты стоишь на опустевшей железнодорожной станции в Италии, где праздно шатаются местные подростки. Но стоит открыть арки, как это уже зал дворца. Развернуть обратной стороной, и это балкон лагерной Джульетты. Сомкнуться вновь и подъехать почти к самому краю сцены, и перед зрителями глухая ко всем мольбам стена Лефортово в Москве.
Студентам в этом спектакле одновременно выпало и счастье, и испытание, так же, как и героям Шекспира. Им даны сильные и глубокие тексты, истории большие, чем просто любовь. Это позволяет показать не только молодой азарт, хореографическую и музыкальную подготовку, но и внутреннюю работу души, попробовать осмыслить свое место в историческом моменте и проверить поколение на прочность. В первую очередь трогает именно это искреннее стремление прожить. Начало положено сильное, остается только продолжать, набирая легкость и мастерство.
Наталья Яковлева, Арт-журнал Около
Объявлено, что выпускники 2025-го вольются в МДТ в виде «Молодой студии Льва Додина», и своим сочинением для сцены «Ромео и Джульетта во мгле» режиссер представляет публике актеров нового поколения и их актерские умения и делает своим выпускникам роскошный подарок – спектакль на большой сцене. При этом «Ромео и Джульетта во мгле» – подчеркнуто студенческий спектакль, где действие построено так, чтобы каждый из участников мог показать все свои возможности – в том числе умение танцевать, в диапазоне от акробатического рок-н-ролла до вальса; владение приемами сценической драки и духовыми инструментами; умение по-разному произнести один и тот же текст и переключаться из одного образа в другой. А все вместе – предстать как единый организм согласно тезису мастера о том, что «театр – коллективный художник, и ему нужна коллективная художественная душа».
Ромео и Джульетта внезапно превращаются в чеха и еврейку, встретившихся в оккупированной Праге. Их сменяют другие пары обреченных влюбленных: турок и гречанка, заключенные ГУЛАГа, герои Виктора Астафьева. Молодым актерам нужно сыграть и великое счастье, и великое отчаяние, обнажив и душу, и тело. то, что можно назвать «театром обостренных чувств».
Наталья Сиверина, «Форбс»
Художник Александр Боровский в этот раз превратил сценическое пространство в многофункциональный и вневременной портал, стена превращается и в вышку зоны, место для поцелуя Ромео и Джульетты во время карнавала, скамейки становятся пространством для битв, а пол, застеленный шинелью – кроватью. Условность продолжается и в костюмах каждого из участников спектакля. Боровский перенес на костюмы артистов граффити Никиты Косьяненко, тем самым и одежда становится только декорацией, а эстетика тела – голой правдой любви.
Спектакли Льва Додина обладают редким для современного театра свойством. Духовного ощущения – не навязывания прошлого того или иного режиссера, а вневременной композицией. В то же время появляется новое, молодое дыхание в театр, какими в 1985 году были «Братья и сестры», несмотря на несовместимость хронотопов, цельность и обрывочность двух произведений. Это преемственность и звоночек, что пора бы старым мастерам давать шанс новой «смене». «Ромео и Джульетта во мгле» вызывает чувство очищения, надежды, что завтра все кончится. Да даже если и продолжится, любить все равно продолжим, всегда и вопреки. Тянуться к искусству, театру, любимым людям, прорастая всей кровью сквозь мглу, всю зиму, заморозки и оттепели.
Илья Титаренко, «Субкультура»
На открытой игровой площадке, ограниченной справа и слева длинными лавками без спинок, на фоне белой стены, разрисованной граффити, молодые ребята и девушки лихо отплясывают рок-н-ролл, крутят колесо и делают сальто, красиво поют – зачеты по танцу, акробатике и ансамблевому пению сданы успешно. Дуэтные сцены перемежаются групповыми – пластическими и вокальными.
На одном полюсе в спектакле – красота, гармония, целесообразность, на другом – хаос, агрессия, тьма. Классическая, идеальная форма спектакля–экзамена проявляет с необычайной силой пульсирующую конфликтность содержания. Благодаря игре света (художник Дамир Исмагилов) пространство может напоминать бальную залу в палаццо Капулетти, или храм, где брат Лоренцо венчает влюбленных Ромео и Джульетту, или площадь, где сталкиваются враждующие кланы, или же просто учебную аудиторию, где студенты занимаются актерским мастерством.
Мы все знаем, про что «Ромео и Джульетта»: герои влюбились друг в друга, а враждебный этой любви мир их убил. Все. Остальные подробности – эпоха, страна, природа этой враждебности – в данном случае не столь важны, это лишь вариации. спектакль, который готовился долго и тщательно, довел в конце концов все эти вариации до умопомрачительной краткости, сконцентрировал до формулы. Додин добился от студентов насыщенной – и одновременно хрустальной, звенящей – игры.
Что еще здесь от Шекспира?.. Невероятный, головокружительный темп. В этом типе театра нет психологических мотивировок, долгого «собирания», накопления причин и следствий, только пульсирующее «квантами» действие.
Герои «падают в любовь», она их поражает внезапно и навсегда. Дети весело и бесповоротно соединяются в любви, которая есть жизнь. А противостоит им – смерть, окружающая их тьма. Тьму можно называть разными именами: войной, Холокостом, репрессиями, межрасовой ненавистью… Но тьма и есть тьма.
Высокий строй чувств – конечно, это тоже от Шекспира. Любовь объясняется поэтически, метафоры – ее язык, и переживание это космически громадно, всепоглощающе, не имеет отношения к обыденности. Космическую силу любви, ее ослепляющее излучение удалось каким-то образом пропустить сквозь все тексты спектакля, поэтому и не нужно здесь играть постепенное развитие, нюансы отношений. Про каждую пару мы точно знаем: они расстанутся, и смерть придет за ними (не имеет значения, так ли это в той или иной книге, взятой в работу). В спектакле нет места надежде, хотя герои отчаянно стремятся выжить, говорят о том, что смогут преодолеть вражду мира, вырваться из петли. В этом – живой драматизм, потому что прекрасная молодость не желает умирать, не покоряется тьме, борется с ней.
Война, репрессии, Холокост, концлагеря, массовые убийства… Каким же образом вписана в эти чудовищные страницы любовь Ромео и Джульетты? Наверное, можно спорить о том, насколько оправданно сближение сюжетов, но мне видится в этом, повторюсь, отчаянно смелом монтаже проявление свободы мышления режиссера. Художник способен связать далекое – географически, исторически – в своем сознании, соединить энергией яростного протеста против тьмы, захватившей и потопившей в крови саму человечность.
Евгения Тропп, «Петербургский театральный журнал»
В выпускном спектакле студентов четвертого курса Молодой студии Льва Додина шекспировская чувственная трагедия рассматривается под увеличительным стеклом – тема вражды между семьями Монтекки и Капулетти превратилась в глубокое исследование человеческой способности сохранить любовь вопреки мрачным, кровавым событиям на выжженной земле.
Герои становятся частью театральной мультивселенной, в которой текст Шекспира звучит вперемешку с фрагментами из произведений чешского писателя Яна Отченашека, Александра Солженицына, Питера Абрахамса, Виктора Астафьева, а композиции Ежи Петерсбургского гармонично сочетаются с отрывками из Вивальди, Брамса и Шнитке в единое музыкальное полотно. Шекспировская драма и современные тексты доказывают одно – несмотря на весь прогресс, причины человеческих страданий становятся все ужаснее, мир погружается в немоту, а любовь может быть объявлена преступлением.
Режиссер ведет зрителя по Вероне внегеографической – городу, который может стать и тюрьмой Лефортово, и лагерем заключенных, но в котором огонь любви разгорается так же сильно, как у Шекспира, и спасение видится только в ней. Любовь в спектакле Льва Додина становится всепобеждающей силой, единственной потребностью перед смертной тенью.
Дарья Медведева, «Театрон»
Постановка - Лев Додин
Художник - Александр Боровский
Художник по свету - Дамир Исмагилов
Граффити - Никита Касьяненко
Режиссер-ассистент - Наталья Колотова
Педагоги-репетиторы: Михаил Александров, Юрий Васильков, Валерий Галендеев, Евгений Давыдов, Юрий Хамутянский Помощник режиссера - Наталья Рудыка
В спектакле используются мотивы произведений:
У.Шекспира (перевод Б.Пастернака), П.Абрахамса (перевод О.Холмской), В.Астафьева, Я.Отченашека (перевод В.Петровой), А.Солженицына, Э.Шафак (перевод О.Александровой).
Музыка:
А.Бандо, И.С.Баха, И.Брамса, А.Варламова, А.Вивальди, М. Гебиртига, И.Жака, М.Лоизоса, Г.Малера, М.Мореса, Д.Пембертона, Ф.Перрена, Е.Петерсбурского, Л. Ричарда, Д.Фекариса, М.Финн Перселла, А.Шнитке.
ИГРАЮТ УЧАСТНИКИ МОЛОДОЙ СТУДИИ ЛЬВА ДОДИНА
Степан Абрамов
Михаил Батуев
Анастасия Бубновская
Ярослав Васильев
Софья Запорожская
Семен Козлов
Александра Конанова
Алина Кудас
Данил Кулик
элина мажар
Анастасия Рождественская
Инесса Серенко
Михаил Тараторкин
Алексей Тезиков
Александр Шадрин
евгений шолков
Валерия Юшко
Виктор Яковенко
Художник - Александр Боровский
Художник по свету - Дамир Исмагилов
Граффити - Никита Касьяненко
Режиссер-ассистент - Наталья Колотова
Педагоги-репетиторы: Михаил Александров, Юрий Васильков, Валерий Галендеев, Евгений Давыдов, Юрий Хамутянский Помощник режиссера - Наталья Рудыка
В спектакле используются мотивы произведений:
У.Шекспира (перевод Б.Пастернака), П.Абрахамса (перевод О.Холмской), В.Астафьева, Я.Отченашека (перевод В.Петровой), А.Солженицына, Э.Шафак (перевод О.Александровой).
Музыка:
А.Бандо, И.С.Баха, И.Брамса, А.Варламова, А.Вивальди, М. Гебиртига, И.Жака, М.Лоизоса, Г.Малера, М.Мореса, Д.Пембертона, Ф.Перрена, Е.Петерсбурского, Л. Ричарда, Д.Фекариса, М.Финн Перселла, А.Шнитке.
ИГРАЮТ УЧАСТНИКИ МОЛОДОЙ СТУДИИ ЛЬВА ДОДИНА
Степан Абрамов
Михаил Батуев
Анастасия Бубновская
Ярослав Васильев
Софья Запорожская
Семен Козлов
Александра Конанова
Алина Кудас
Данил Кулик
элина мажар
Анастасия Рождественская
Инесса Серенко
Михаил Тараторкин
Алексей Тезиков
Александр Шадрин
евгений шолков
Валерия Юшко
Виктор Яковенко
